13:42 

Фанфик: серия драбблов

Quite Contrary
Название: Серия драбблов
Автор: stupidpenname
Перевод: Артанис
От переводчика: эти драбблы были написаны одним из моих любимых англоязычных авторов после того, как она посмотрела 1 сезон; последние из них она выкладывала, когда в Британии начался показ второго, и она тогда извинялась за возможную AU-шность сюжета, поскольку у нее нет возможности новые серии смотреть, но она во многом оказалась предсказательницей
Оригинал здесь
Перевод осуществлен с разрешения автора

1. Начало

- Ну и? - широким жестом указал Митчелл на здание. - Что думаешь?

Джордж стоял, сложив руки на животе и склонив голову к плечу, и смотрел на дом.

- Он, ээ... - Джордж облизал губы. - Он... очень...

Лицо Митчелла разочарованно вытянулось, руки упали.

- Тебе не нравится.

- Нет! - поспешил возразить Джордж. - Нет нет нет нет нет нет нет. Я не говорил... нет. Он просто...

- Что?

- Розовый.

Губы Митчелла дрогнули в улыбке.

- Да, и что?

- То есть очень, очень розовый.

- И что?

- Если бы у фламинго был бурный и непродолжительный роман с сахарной ватой, этот дом стал бы плодом их запретной любви.

Митчелл вновь взглянул на здание. Джордж говорил правду. Дом был неоспоримо розового цвета.

- А мне нравится, - сказал он, подтверждая слова кивком. - Он уникальный. Как мы.

- Я считал, что смысл всей этой затеи как раз попытаться быть обычными, - заметил Джордж.

- А разве нельзя быть уникальными и обычными? - спросил Митчелл.

- Нет. И по секрету тебе скажу, это диаметрально противоположные понятия. Когда я спрашиваю себя: "Какой антоним к слову "уникальный"?" - то "обычный" первым приходит на ум.

- Ну, у нас есть выбор. Либо этот совершенно розовый дом, либо та двухкомнатная квартира, провонявшая козами.

Джордж раздумывал не дольше секунды.

- Он мне нравится.


2. Середина

Митчелл прямо смотрел Джорджу в глаза.

- Ты должен. Просто должен.

Джордж отшатнулся от него.

- Что? Нет, Митчелл, нет. Я не могу. Не снова.

- У тебя нет выбора. Из-за тебя мы вообще в этой ситуации оказались... - Митчелл поморщился: он пожалел о сказанном в ту же секунду, как слова сорвались с языка. Джордж скрестил на груди руки.

- Значит, так, да? Вину за все, что оно творит каждую полную луну, будешь теперь на меня валить, хотя контролировать его я никак и не могу.

- Джордж, я не говорил этого.

- Говорил. Говорил, и считаешь сейчас, что весь этот бардак - целиком моя вина, хотя идея была твоей.

- Но ты сам согласился!

Энни хлопнула в ладоши, привлекая их внимание.

- Ребята!

Джордж и Митчелл оглянулись на нее.

- Бога ради, посередине сяду я.

Джордж затряс головой.

- Энни, тебе вовсе не обязательно...

Энни промаршировала мимо него и уселась в середину дивана, на деревянный каркас. Митчелл и Джордж, переглянувшись, опустились на уцелевшие по бокам куски обивки.

- Когда мы купим новый диван? - спустя несколько минут спросила Энни.

- В среду.

- Отлично.


3. Конец

Старик, не отрываясь, смотрел на больничную стену. Почему их всегда красят в пастельные тона? Бледно-голубой. Тускло-желтый. Тоскливо-зеленый. Возможно, таким образом помещению старались придать светлый и жизнерадостный вид, но получилось только подчеркнуть всю унылость и тесноту больницы. Хотя вот против розового он совсем не возражал. Этот цвет вызывал ностальгию.

Он перевернулся набок и слепо зашарил рукой по тумбочке в поисках очков. Рука хватала только воздух. Сбитый с толку, он приподнялся и сел в кровати.

- Не их ищешь?

Кто-то вложил очки в его руку. Старик поспешно нацепил их на нос и улыбнулся.

- Нехорошо красть очки у старого человека, Митчелл.

- Зато весело.

У двери, опираясь о косяк, стояла Энни.

- Ты не постарел бы, если бы согласился принять его предложение.

- Не нужно, Энни, Джордж давно все решил.

Джордж смотрел на своих друзей. Таких молодых. Красивых. Застывших. Он сделал правильный выбор. Да и игры в оборотне-вампов вряд ли бы хорошо закончились.

Энни опустила взгляд, прежде чем спросить:

- Сколько тебе осталось?

Джордж пожал плечами.

- С неделю. Если повезет.

Энни хмыкнула, ее глаза смешливо блестнули.

- Так... ну а как тебе идея свалиться с лестницы?


4. Внутри

Джордж проснулся, чувствуя во рту привкус грязи и птичьих потрохов. Привкус, который стал слишком знакомым на утро после полнолуния. Но по крайней мере *оно* ушло.

Джордж сел и тут же пожалел об этом. Череп, по ощущениям, сначала раздули, увеличив в два раза, а потом смяли до первоначальных размеров. Ну-ну, сказал он себе, интересно, с чего бы.

И в этот момент он понял, что сжимает в руке что-то. Джордж поднес руку к лицу и сощурился. В после-волчьем состоянии да еще и без очков соображалось туго. А потом в сознании будто щелкнуло что-то: собачий ошейник. С приколотой к нему биркой "Миффи".

Джордж повернул голову. Рядом с ним лежала собака.

То есть когда-то прежде, никем не выпотрошенная, она была собакой.

- Вот дерь...

Глаза Энни расширились.

- Ты съел щенка?

Желудок Джорджа завязался узлом.

- Не щенка. Собаку. Выросшую, очень взрослую собаку, которая, скорее всего, прожила долгую и счастливую жизнь.

- Ага... пока ты ее не нашинковал.

- Что будешь делать? - спросил Митчелл, подавив улыбку.

- Не знаю. - Джордж потер брови запястьем. - Ты не знаешь, где здесь ближайшее озеро?


5. Снаружи

Улица казалась шире, чем запомнилось Энни. У нее даже закралось подозрение, что она вот-вот увидит кувыркающееся через дорогу перекати-поле.

- Может, зря мы это...

Митчелл твердо сжал ее плечо, чтобы она даже не думала убегать.

- У тебя все прекрасно получается, Энни. Ты молодец.

Джордж кивком головы поманил ее вперед, подзывая к себе.

- Просто смотри на меня, Энни. Не зацикливайся на этом. Когда ты была жива, то для тебя это было обычное дело, ведь правда?

Идея принадлежала Митчеллу: если тебе пришлось умереть, то вовсе необязательно, что жизни у тебя теперь быть не должно, - но больше всех загорелся ею Джордж. По правде сказать, когда Митчелл озвучил свою задумку, Джордж даже восторженно вскрикнул.

- Иди, не останавливайся. Вот так. И... А вот и я. Посмотри вокруг, Энни.

Энни подчинилась. Она стояла на перекрестке, в конце улицы. В последний раз она была здесь за день до того, как упала с лестницы. Тогда она забежала в магазинчик на углу, чтобы купить молоко. Простейшее действие, о котором сейчас невозможно даже подумать без ужаса. Но, когда Энни оглянулась и далеко вверх по улице увидела свой розовый дом, она неожиданно для самой себя с облегчением рассмеялась.


6. Часы

Поспешно шагая под моросящим дождем и почти сбиваясь на бег, Митчелл бросил взгляд на часы. У них в запасе было всего несколько часов.

День тянулся рутинно и заурядно ровно до того момента, как им под дверь подсунули записку. Джордж и Энни были слишком заняты спором об оставленном в ванной комнате нижнем белье ("Это отвратительно, Джордж!" - "Ты ведь ванной даже не пользуешься". - "У тебя на все одно оправдание"), поэтому проверить почту пошел Митчелл.

Кроме записки, им в тот день ничего не прислали.

Но, еще не развернув лист бумаги, Митчелл понял, что написанное там ему безумно не понравится.

"Я знаю, что вы такое".

Джордж предположил, что записку подбросил кто-то из соседей, по-прежнему горящий праведным гневом из-за того случая, после которого у них на двери появилась надпись "педики". Но Митчелл сильно сомневался. С тех пор прошел не один месяц.

Чего ради заново раздувать скандал именно теперь? Да и в записке было указано "что". Не "кто".

Кто мог знать? Херрик погиб. Оуэн под замком. Талли? Нет. Он бы и себя таким образом под удар поставил.

Может быть, он слишком спешил с выводами. Но после того, как тебе однажды загнали в грудь кол, искушать судьбу не тянет.

Самое главное было - выбраться из Бристоля. Джордж поговорит с Ниной. Энни соберет вещи. Он забронирует билеты на самолет.

Они уедут сегодня же.


7. Дни

Джордж зашел на кухню и обнаружил там Митчелла, увлеченно покрывающего своими каракулями чистый лист. Вампир завел глаза к потолку, и, казалось, было даже слышно, как в его голове вращаются шарики, а затем вновь принялся что-то строчить, как будто боясь спугнуть мысль.

- Роман пишешь, Митчелл?

Митчелл даже не оторвал взгляда от бумаги.

- Расчеты произвожу.

- Серьезно, что ли? И что считаешь? - Джордж отпил из своего стакана немного сока.

- Пытаюсь высчитать, сколько времени ты проводишь оборотнем.

Не проглоченный сок брызгами разлетелся в разные стороны.

Митчелл тем временем продолжал, словно бы не заметив:

- Если подумать, не так уж и много. Ты превращаешься в волка раз в месяц, так? То есть двенадцать раз в год.

- И всего-то?

- Послушай меня, Джордж, я еще не закончил. Скажем, ты проживешь до восьмидесяти с хвостиком, а сейчас тебе двадцать с небольшим, это дает нам... шестьдесят лет превращений.

У Джорджа екнуло сердце. Еще шестьдесят лет такой жизни!

- Итак, двенадцать превращений умножаем на шестьдесят лет и получаем... семьсот двадцать дней ты оборотень.

- Семьсот...

- Но ведь оборотнем ты проводишь не целый день, а только с восхода до заката луны. Так что получившееся число делим пополам, и выходит триста шестьдесят дней, - триумфально закончил Митчелл.

- Триста шестьдесят дней? - с заиканием повторил Джордж. - Это же почти целый год!

Митчелл помедлил.

- Ой... точно. Многовато, да?


8. Недели

Ворвавшись в комнату Энни, Джордж чуть не сорвал дверь с петель.

- И что это ты о себе возомнила, решив пользоваться моими кредитными карточками?! - чуть не брызжа слюной.

Энни, сидевшая в кресле, вздрогнула и повернулась к нему.

- Что?

- Я не... одной только кражи моего сотового было больше, чем достаточно, но это? Когда ты успокоишься?

Энни вскочила на ноги.

- Ты с ума сошел. Нельзя же врываться в мою комнату и обвинять меня не пойми в...

- То есть это не ты зарегистрирована на E-bay под ником Princessa_Ninja_Annie_85, да?

Джордж решил не продолжать, увидев, как Энни побледнела.

- Джордж, пожалуйста, не сердись. Все не так, как ты понял.

- Да скажи, зачем тебе вообще все это? - Джордж начал зачитывать из списка. - "Разделение Ирландии: Первая мировая война и раскол", автор Т.Хеннесси. Специальное издание "Касабланки". Солнцезащитные очки? Все это, скорее, Митчелла должно интересовать, чем...

Джордж резко замолчал. Энни стерла невидимое пятнышко пыли с подлокотника своего кресла. Никто из них не обратил внимания на заглянувшего в комнату Митчелла.

- Привет? Кто-нибудь знает, почему на мое имя пришла посылка с ханукией* и книгой под названием "Индиана"**?

Энни нервно рассмеялась.

- Ну... до Рождества ведь всего несколько недель осталось...
------------------
Примечания:
*ханукия - светильник, который зажигают в течение восьми дней Хануки.
**как написала автор в предисловии к драбблу: "Автором "Индианы" является Аврора Люсиль Дюпен, которая пользовалась очень интересным псевдонимом..."; псевдоним у нее был - Жорж Санд, а интересного в нем то, что если добавить к фамилии букву "с" и прочитать на английский манер, то получится "Джордж Сэндс"))))


9. Красное

Когда ты мертва, время утрачивает значение. Чем дольше Энни оставалась призраком, тем острее она чувствовала, что отдаляется от мира людей и что измерение времени между различными событиями теряет всякий смысл. Может, именно поэтому Энни затруднилась бы ответить, как долго она стояла, не в силах отвести взгляд от темной полоски на рубашке Митчелла. Ее не интересовало, что это за высохшая темно-бордовая капля у него на воротнике. Энни и без того знала ответ. Занимало ее другое: откуда она там? Чья она? И нужно ли рассказать Джорджу? А может, Джордж уже знает, но решил не говорить ей? Так вот почему Митчелл не разрешает ей стирать свои вещи? Один вопрос молниеносно превращался в лавину сопутствующих, которая готова была поглотить Энни под собой.

В тот вечер сил Энни хватало только на то, чтобы сидеть и наблюдать за ужинающим Митчеллом. Тот болтал, как будто ничего не произошло. Хотя нет, не так. Он болтал, как будто произошел миллион различных событий, но ни одно из них не касалось этой рубашки, этого пятна крови или чего-то, хоть отдаленно к ним относящегося. В тот вечер Энни вдруг поняла, как мало знает о вампире, живущем в ее доме.


10. Годы

1917
Иногда Митчелл оглядывался на события своей жизни и спрашивал себя, какой бы она была, не столкнись он с завтракающим Херриком.

1929
На первой полосе газеты Митчелл прочитал о бойне в День святого Валентина*. И на него снизошло вдохновение.

1936
В тот день, когда Эдвард отказался от трона*, Херрик отвел Митчелла в сторону и прошептал ему на ухо: "Однажды, когда я сложу с себя свои обязанности, ты станешь королем".

1942
Митчелл боролся с собой, чтобы не рассмеяться. "Надо же было такому случиться, что среди всех баров всех городов мира она выбрала именно этот, где столкнулась со мной"*? Да кому в голову пришло написать подобное?

1964
Ширли была первым человеком, которого Митчелл отпустил живым. Джози - вторым. Но, в отличие от Ширли, Джози вернулась.

1977
Митчелл ехал через Лондон в двухъярусном автобусе серебристого цвета. Херрик по-прежнему правил. А Митчелл был совсем не уверен, что хочет получить его корону.

1981
Тогда Митчелл еще не знал, что этот год навсегда изменит его жизнь. Потому что это был год рождения Джорджа. Четыре года спустя к трио присоединится Энни.

1990
В новостях события окрестили "второй битвой при Трафальгаре"*. Митчелл от души посмеялся бурным фантазиям газетчиков. Уж он-то знал, на что похожа настоящая битва. Однако, не воспользоваться преимуществами всеобщего безумия было бы просто преступлением.

2001
Когда Митчелл смотрел "Космическую одиссею", он и сам был уверен, что в 2001 году люди будут летать на Юпитер. Но не врезаться в здания. Жизнь для людей ровным счетом ничего не значила. Так почему она должна что-то значить для него?

2008
Иногда Митчелл оглядывался на события своей жизни и спрашивал себя, какой бы она была, не столкнись он с Джорджем в том переулке.
------------------
Примечания:
//*Бойня в День святого Валентина - название, которое получила расправа итальянских мафиози из группировки Аль Капоне с немецко-ирландскими гангстерами из конкурирующей банды во главе с Джорджем Мораном по прозвищу «Багс», — в результате которой было застрелено семеро человек. Произошла в Чикаго 14 февраля 1929 года, во время сухого закона в США.
//*речь идет об Эварде VIII, отказавшемся от английского престола, чтобы жениться на американке
//*Of all the gin joints, in all the towns, in all the world, she walks into mine - фраза, которую произносит герой Хэмфри Богарта в "Касабланке"
//*"Вторая битва при Трафальгаре" - массовые беспорядки на Трафальгарской площади в Лондоне, в которые переросла демонстрация против подушного налога


11. Оранжевое
Митчелл и Джордж все смотрели из окна вслед растворяющимся во тьме фигурам.

Митчелл набрал в грудь воздуха и постарался выдавить из себя что-нибудь подобающее ситуации.

- Ого.

- Ага.

- Ну, то есть... ого.

- Я знаю.

- Как такое даже физически возможно?

- Понятия не имею, и есть у меня подозрение, что и не хочу иметь.

- Я подумал, что ты приукрашиваешь.

- С чего это ты так решил?

- Ты постоянно все приукрашиваешь, Джордж. Ты великий приукрашатель.

- Что? Вовсе нет. Когда это я что-то приукрашивал? Да я за всю жизнь никогда ничего не приукрашивал...

- И вот эта Умпа-Лумпа - новая девушка Оуэна?

- Уга. Пресловутая Джейни Харрис.

- Насколько нужно было деградировать, чтобы после Энни выбрать ее?

Джордж язвительно посмотрел на Митчелла.

- Как грубо, Митчелл.

- Зато правда.

- Истинная, но к чему это было говорить? Звучало... неджентльменски.

Митчелл рассмеялся.

- Неджентльменски? Черт побери! Несомненно!

Джордж скривил губы в улыбке. Митчелл засунул руки в карманы и пожал плечами.

- Я лишь говорю, что, выбирая между нею и Энни, я знаю, кого бы я выбрал.

У Джорджа не получилось скрыть усмешку. Он знал, кого бы выбрал Митчелл, и морковное лицо Джейни Харрис было тут ни при чем.


12. Желтое*
Энни беспокойно металась перед входной дверью. Митчелл пообещал, что придет через десять минут, и прошло всего пять из них. Но даже они казались вечностью.

Она не знала, что пошло не так. Когда Джордж после обеда вернулся домой, он не обратил ни капли внимания на Энни, взахлеб пересказывающую ему новую серию "Соседей", сбиваясь на напоминания, что чайные пакетики почти закончились. Он просто поднялся наверх, в свою спальню, и закрыл дверь. Энни решила, что он устал или не в духе. Но потом она услышала тот звук.

Входная дверь открылась и захлопнулась.

- Как он? - спросил Митчелл, снимая пальто.

Энни вздохнула.

- Плохо. Очень, очень плохо.

- Спасибо, Энни, за столь подробный анализ. Насколько плохо? До Аланис Мориссет плохо? Или до Linkin Park?

Ответа не потребовалось. Вниз пробились слова песни: "Look at the stars. Look how they shine for you..."**

Энни тут же почувствовала, что Митчелл готов сбежать обратно на улицу.

- О, нет, даже не смей! Кому-то с этим придется разбираться. Готов?

Митчелл стиснул челюсти.

- Готов.

Оба перевели дыхание и начали хором:

- Камень, ножницы, бумага!
------------------
Примечания:
*желтый в английском языке иногда используется для обозначения трусливости
**перевод: "Посмотри на звезды. Посмотри, как они сияют тебе..."; Coldplay, "Yellow" (песня как раз и называется "Желтый")

@темы: Энни, Фанфики, Митчелл, Джордж

Комментарии
2012-02-10 в 01:17 

anansi_boys
вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
спасибо за перевод, чудесные драбблы.

2012-02-24 в 21:35 

vedmo4kaO.o, это вам спасибо, что прочитали:) я очень рада, что драбблы понравились)))
~ Артанис

URL
2013-03-17 в 04:35 

Sodan Lintu
«Быки не знают страха, рука у них тверда. А по ночам в таверне не знают и стыда! Поднимем дружно кубки за каждый труп врага. Плевать, что будет завтра, пока остры рога!» — Гимн Боевых Быков
Какие чудесные драбблы, спасибо за перевод

2013-03-17 в 04:35 

Sodan Lintu
«Быки не знают страха, рука у них тверда. А по ночам в таверне не знают и стыда! Поднимем дружно кубки за каждый труп врага. Плевать, что будет завтра, пока остры рога!» — Гимн Боевых Быков
Какие чудесные драбблы, спасибо за перевод

   

Сообщество сериала "Being Human"

главная